Трудно быть добрым

Таня Деваева, 6 ноября 2012

У известного американского журнала «Нью-Йоркер» профрепутация такова, что опубликовать в нем картинку для иллюстратора — круто. Круче только нарисовать к нему же обложку. Журнал выходит еженедельно, и обложка с 1925 года усилиями издателей и арт-директоров превратилась в фетиш — объект, считающийся достойным самостоятельного внимания. Особенность в том, что она иллюстрирует не программный текст внутри, а настроение, тренд, моду, нравы и носящиеся в воздухе смыслы. То есть объяснять, почему так, а не иначе, негде, и картинка сама должна справиться с рассказом о жизни.

Некоторые обложки «Нью-Йоркера» наделали много шуму. Как правило, это прозрачные сатирические или провокативные иллюстрации на социально-политические темы. Например, классическая «Вид на мир с Девятой авеню» 1976 года. Также известны «Нью-Йоркистан» (за год после выпуска номера журнал выручил около 400 тысяч долларов от продажи авторских копий и постеров), целующиеся негритянка и ортодоксальный еврей, бодрое мусульманское семейство Обама и обложка с черными башнями-близнецами на черном фоне.

Тут интересно вот что. Очевидно, что интеллектуальных мощностей журнала и даже просто материала по жизни хватает на то, чтобы каждая обложка делалась с иронией или вызовом. На деле худреды «Нью-Йоркера» поступают по-другому. В палитре законных эмоций у них существует спокойный, без истерик, юмор, патриотизм, сочувствие, нежность к проявлениям городского разнообрзия и даже то, что отдает ужасной сентиментальностью: любование красотой первого снега, например, или ноябрьским туманом над небоскребами. Или осенью в парке. Или детьми и собачками. То, чем трудно не любоваться на самом деле, но что редко публично признается достойным «взрослым» предметом. Слишком это наивно и в лоб. Нет иронии, нет скепсиса, нет пессимизма, нет драмы, нет прищура, нет ухмылочки, нет, на крайняк, даже постмодернистской игры — ну а как еще показать, что автор не дурак? Добрый, и не скрывает — значит, дурак.

Или вот еще традиционная, с 1925 года идущая тема, — почти «безыдейная» графика. Красота ради красоты, рифма ради рифмы, пластика ради пластики. А где же содержание? Расслабьтесь и получайте удовольствие.

Как иллюстрация такая обложка, может, и проигрывает более содержательным и острым, если поставить их рядом. С другой стороны, в ленте обложек за год, за пять лет, за 25 лет — в общей картине все выглядит иначе. Есть в этом здравая человеческая нормальность и честность — этой способности расслабиться, балансе частного и общего, в возможности бросить взгляд и налево, и направо, и назад. В возможности последить за изменениями стиля в иллюстрации, за ретро-линией, которую упорно гнет редакция, за меняющимся реквизитом в сценах городской жизни. Проникнешься поневоле и поймешь, что сделать хорошую картинку на злобу дня проще, чем семидесятую по счету хорошую — притом добрую — картинку к Рождеству.

Так вот, к чему все это: у нынешнего худреда журнала — Франсуазы Моли — есть проект Blown Covers, с девизом «Обложки для “Нью-Йоркера”, которые вы никогда бы не увидели». На самом деле это книга плюс проект. Книга недавняя: она о том, как худред с кучей работающих на журнал известных художников создают к нему обложки — то есть очерки из-за кулис. Внутри масса зарезанных обложек с сопроводительными историями — как они были зарезаны и почему попали на «стену» Моли — завешанную сплошь картинками, одна лучше другой, рабочую стенку редактора. Полезное рефлексивное чтение для арт-директоров и иллюстраторов — как что-то делать, не презирая друг друга, и в «Апсторе» есть, удобно. 

Проект о том же, но с карусельками для иллюстраторов. Раз в месяц Моли вывешивает тему для фейк-обложки, после чего в течение недели все желающие могут рисовать и загружать свои варианты. Затем редакция все это публикует и отбирает 13 финалистов и одного победителя, которым респект, пиар и вполне вероятные, хотя и не прямо обещанные, перспективы. Интерес участвовать в этом, кроме очевидного азарта, в том, что критерии, по которым отбираются картинки, схожи с рабочими во «взрослой» версии журнала. Симулятор «Нью-Йоркера» — не самая плохая игра. Более того, она довольно неожиданная в смысле поворотов сюжета. Пошатывает представления о прекрасном и верном и оттого заставляет думать — хотя бы определяться с тем, что же ты сам считаешь этим прекрасным.

Вот последний конкурс — обложки к тематическому номеру под Хэллоуин. Продленный срок подачи принес их больше, чем обычно, — 118. Поскольку Хэллоуин в этом году сразу перед президентскими выборами и политические страсти кипят, иллюстраторы упражняются (и Моли их поощряет) в совмещении двух тем. Что лично нам уже кажется вульгарным — слишком близко лежит — но тут это никого не смущает (хм в уме). Сейчас же десяток ребят изображают кандидатов Обаму и Ромни у двери с корзинкой для сбора конфет-голосов (серьезные ребята ничуть не стесняются рисовать первую пришедшую всем в голову мысль — хм в уме). Еще десяток ребят разрабатывают мотив с костюмами ослов и слонов — символов демократов и республиканцев. Тоже далеко ходить за метафорой не надо. И мы ожидаем, что редактор сейчас прокатит всех ленивцев — но нет — в финалисты попадает одна из самых прямолинейных картинок серии. Ну и еще одна на тему — голосующий Франкенштейн. И еще одна — Обама в тыкве-доме. Хм в голове звучит все найсточивей.

Претенденты, все прекрасно рисующие, в изобилии плодят ведьм, черных котиков и тыквы на фоне небоскребов. Избито? Мило? Да. И в рядах победителей (а их, мы помним, 14) — три сугубо декоративные, веселые картинки про милых котиков. Два комплекта хорошеньких ведьм (в одном случае редакция признается, что не понимает, о чем на обложке речь, но и так красиво). В то же самое время один-единственный, оригинальный Кинг-Конг, трогательно заглядывающий в окно Эмпайр-стейт-билдинга с корзинкой в руке (мимими! какая прелестная шутка) редактора не соблазняет. 

А как насчет шутки про статую Свободы в простыне? Да! А врача, который лечит зубы тыкве? Да! А про Ку-Клукс-клан? Да! И про мусульманскую угрозу в хиджабах тоже да. Но на этом месте все метафоры уже начинают казаться пошлыми, и это правда: «Нью-Йоркер», знаменитый журнал с иллюстрациями, чихает на свежесть метфор. То есть если она вдруг свежая и в тему — ок (есть там в финалистах неброская, на первый взгляд, работа — с девушкой, которая привела собирать конфетки не ребенка, а собачку — приветы чайлдфри). Но если вы в своей работе графически удачно перессказываете анекдот с бородой до Аляски — вас никто не осудит. И, что характерно, эти самые шутки в лоб вовсю фигурируют в вышеупомянутых звездных обложках — например, в виде из Манхэттена на мир. А это номер 4 в числе 40 лучших журнальных обложек за 40 лет по версии Американского общества издателей журналов (опрашивали 52 главных редактора, арт-директора и бильд-редактора, а номер один, на минутку — «Роллинг стоун» с голым Ленноном и одетой Йоко Оно на кровати).

Таким образом, к идее о том, что нужно копать вглубь и не лениться искать новые выверты темы, чтобы искра проскакивала (очень понятной, родной и подробно разъясняемой Виктором Меламедом) вдруг подбирается идея — а вдруг по-другому тоже может быть неплохо? (Ну не знаем!) Что, может, и не нужно стесняться быть неоригинальным, если ловишь то, что в головах и на языке у тысяч людей. Что это имеет право на жизнь, хотя работает совсем по-другому. Что иллюстрация таки бывает разная, да, и то, что она нам не нравится, не мешает ей существовать и быть иллюстрацией. Что таким образом поощряется профессиональное разнообразие. Что умному человеку позволительно быть добрым, сентиментальным и испытывать радость от цветения ромашек.

Про быть добрым — понять особенно трудно. Если еще почитать комментарии к работам в конкурсе Blown Covers. Они все, все до единого, без исключений, написаны в таком духе: «Отличная картинка, Джон! Потрясающая идея, невероятная графика! Рад, что на этот раз ты в финалистах. Редакция, вы, как всегда, сделали великолепный выбор. Спасибо за ваш труд, всего наилучшего и с нетерпением ждем нового конкурса». Оказывается, и это возможно в нашем мире, но как, wtf?